Рядовой Остин Шваб, пехотинец из роты «Б» 5-го батальона 20-го пехотного полка, Форт-Льюис, штат Вашингтон, оглядывается назад, чтобы получить указания в ходе несения службы охранения во время боевой операции в Дидаре, южный Афганистан, 13 апреля. (Фотография сержанта Марка Лоя (Marc Loi))

БОЕВОЕ ОХРАНЕНИЕ «КОЛК», Афганистан (24 апреля 2012 г.) — Рядовой 1-го класса Остин Шваб (Austin Schwab) проснулся замерзшим. Большую часть предыдущего дня он шел по вязким болотам южного Афганистана. Поздно вечером взвод, в котором он служит, занял какое-то здание, и Шваб большую часть ночи проспал на земле рядом со своей винтовкой. Раннее афганское солнце разбудило его. Он быстро надел защитную экипировку, взял оснащение и в считанные секунды взобрался по лестнице на крышу здания, чтобы нести там службу охранения. Ему всего 20 лет.

В то время как его друзья заняты изучением в колледже теории политических и международных аспектов истории Афганистана, Шваб, уроженец Рок Айленда, штат Иллинойс, «изучает» ее на практике. Пока другие видят операцию «Несокрушимая свобода» в коротких видеосюжетах, показываемых по вечерним новостям, Шваб видит ее своими собственными глазами.

«Я всегда хотел служить в вооруженных силах», - сказал Шваб, который учился в начальной школе, когда первая бомба упала на повстанцев в Афганистане. «Я хотел вступить в ряды вооруженных сил в 18 лет, но тогда я работал, и сделал это, когда мне было 20».

Война видится по-иному глазами 20-летних, в особенности если они служат в пехоте, и Шваб является ярким тому примером. Пока другие задаются философскими вопросами о том, в чем смысл войны и жизни, Шваб просто рад тому, что служит в пехоте. Более того, его опыт, хоть он и был более тяжелым, чем у других, сделал его более дисциплинированным и позволил ему положительно отнестись к своему участию в военных действия, а не абстрагироваться от него.

«Люди спрашивают меня, какие чувства я испытываю, находясь здесь, и я им говорю, что это невозможно описать словами, - сказал он. – Здесь все намного напряженнее, чем дома, когда находишься в эпицентре военных действий – это очень отличается от жизни дома, в Америке».

Одним из этих различий, сказал Шваб, является свобода и возможность делать то, что тебе хочется. Когда ты расквартирован на крохотном боевом охранении, на котором нет водопроводной системы, то горячий душ становится роскошью для солдат.

«Гигиена – отсутствие возможности принимать душ, когда тебе захочется – это одна из проблем, - сказал он. И отсутствие возможности поговорить со своей семьей, когда тебе захочется. Ты можешь пойти в комнату для отдыха и развлечений и узнать, что Интернет не работает или что-то в этом роде».

Однако отсутствие Интернета и горячего душа – это то, что его беспокоит меньше всего. Будучи пехотинцем, Шваб расквартирован в одном из самых «кинетических» районов Афганистана – солдаты часто употребляют этот термин, когда речь идет о масштабных физических угрозах, с которыми они сталкиваются. Буквально не проходит и дня, чтобы Шваб и солдаты его отряда в ходе проведения патрулирования в деревнях - на боевых машинах или пешком - не входили в соприкосновение с повстанцами, сказал он.

Как и многие другие, испытавшие это впервые, Шваб все еще помнит, как по его отряду впервые открыли огонь. Они только что покинули охранение и направились на запад, как вдруг мимо них со свистом пролетели пули и вонзились в землю совсем рядом с ними.

«Мы лишь видели облака пыли и слышали треск пуль, - сказал он, вспоминая то событие. - Это было наше первое и единственное в тот день столкновение, но я его помню».

Затем был случай, когда он оказался в перестрелке, которая длилась почти два часа.

«Было очень напряженно, - сказал он. – Это была наша первая большая перестрелка – я просто прокрутил в голове то, чему меня обучали, внимательно осмотрел свой сектор, и когда мне приказали стрелять, начал вести прицельный огонь».

Во время боевых действий нет времени думать, и Шваб – не исключение. В той перестрелке, например, он отстреливался, следуя лишь своим инстинктам; лишь позже, когда они благополучно вернулись на свое крохотное охранение, где они находились в безопасности, он начал думать о той опасности, с которой были сопряжены его действия, сказал Шваб.

«Я просто прокручивал в голове то, чему меня обучили, - сказал он. – Только лишь после перестрелки я стал задумываться над тем, насколько это опасно».

«Моей семье страшно за меня, - продолжил он. – Но они знают, что я занимаюсь тем, чем люблю, и они считают, что это действительно хорошо для меня».

Возможность заниматься своим любимым делом да еще и зарабатывать этим на жизнь, сказал Шваб, это то, из-за чего ему еще больше нравиться служить в пехоте.

«Деньги – это приятно, но я получаю от этого удовольствие, - сказал он. – Служба в пехоте - одна из самых сложных в сухопутных войсках, и когда я вступил в ряды пехоты, я хотел максимально использовать свои возможности. Когда я вернусь, я хочу стать рейнджером».

Еще одно преимущество службы в пехоте – дух товарищества, который он здесь ощутил, сказал Шваб.

«Одна из вещей, которую я здесь понял – это то, что у всех бывают взлеты и падения, - сказал он. – Но во время перестрелки мы все прикрываем друг друга – это совсем другое братство».

печатать

электронная почта