Невидимые раны войны | Печать |
Автор Sgt. Uriah Walker, Управление по связям с общественностью 3 пехотной дивизии
130301_properexit
КАНДАГАРСКИЙ АЭРОПОРТ, Афганистан — Семь солдат и два морских пехотинца, раненые в боевых операциях, совершили поездку по различным районам Афганистана, посетив в том числе Кандагарский аэропорт и лагерь Натан Смит, чтобы своими глазами увидеть прогресс, достигнутый в стране, которая изменила их жизнь навсегда.

КАНДАГАРСКИЙ АЭРОПОРТ, Афганистан — Семь солдат и два морских пехотинца, раненые в боевых операциях, совершили поездку по различным районам Афганистана, посетив в том числе Кандагарский аэропорт и лагерь Натан Смит, чтобы своими глазами увидеть прогресс, достигнутый в стране, которая изменила их жизнь навсегда.

Протезы и шрамы – это физические напоминания о тех жертвах, которые военнослужащие приносят почти ежедневно в ходе проводимых за рубежом особых операций. А психологические и эмоциональные шрамы, ставшие жестокими уроками сражений, невидимы, но могут быть не менее изнуряющими, чем потеря конечности.

Благодаря операции «Достойная демобилизация» (Operation Proper Exit, OPE), организованной по инициативе Первого войскового фонда Феэрти (Feherty's Troops First Foundation), оказывающего поддержку раненым бойцам, эвакуированным с театра военных действий, тем военнослужащим, которые в состоянии вернуться, предоставляется возможность увидеть достигнутый в стране прогресс своими собственными глазами и покинуть страну по своему желанию.

Из девяти военнослужащих, участвующих во второй поездке OPE, штаб-сержант Корпуса морской пехоты Глен Сильва (Glen Silva) является единственным, кто принимает участие в поездке с этой организацией во второй раз. Сильва перенес ампутацию левой ноги выше колена и получил ряд других ранений 12 октября 2010 года, когда он наступил на самодельное взрывное устройство в Афганской провинции Гильменд.

Сильва описывает этот эпизод, как досадный: «Я стал кричать на солдат, чтобы те организовали круговую оборону, а сам старался подняться. Я помню, что разозлился на себя, потому что не мог подняться на ноги и не мог понять, почему».

Он начал постигать реальность происшедшего только тогда, когда один из морских пехотинцев прыгнул ему на грудь, чтобы не позволить ему двигаться.

«Я начал оценивать свое состояние и, оглядевшись, увидел свою ногу примерно на расстоянии 20 футов, - сказал он. – Я на мгновение закрыл глаза и приказал себе сохранять спокойствие. Я открыл глаза и спокойно сказал своим морским пехотинцам, чтобы они начали накладывать турникеты».

В Национальном военно-морском медицинском центре в Бетезде выздоровление Сильвы по началу было под сомнением. В какой-то момент у него остановилось сердце. Он вспоминает этот эпизод, говоря: «Либо убей меня, либо оставь в живых, но чтобы моя дочка этого всего не переживала».

Расплывчатый силуэт его дочери у изголовья его постели восстановил его желание выжить.

После множества операций, сессий физиотерапии и подгонки протеза ноги Сильва делает сейчас все возможное, чтобы взять максимум от жизни.

«Я живу в полную силу и стараюсь максимально использовать то, что имею, - сказал он. – Я все еще езжу на своем мотоцикле «Харли» и прыгаю с парашютом с борта самолетов. Каждый новый день ставит новые задачи, и каждое утро я просыпаюсь, чувствуя себя счастливым».

Для отставного сержанта армии Брайана Флеминга (Brian Flemming) Кандагарский аэропорт – это территория, находящаяся всего в 7 километрах от места, где заложенное в автомашину СВУ взорвалось всего в 3 футах от него.

«Когда я очнулся в придорожной канаве в Кандагаре в Афганистане, обожженный и окровавленный, и думал, что моя жизнь кончается, я задал себе два вопроса, - говорит Флеминг на своем вебсайте. – Что я сделал для других? Имела ли моя жизнь какое-то значение?»

«Получилось, что этот террорист-самоубийца оказал мне самую большую услугу», - продолжил он.

В результате этого взрыва Флеминг получил ожоги рук, шеи и лица 2-й и 3-й степени. Он провел 14 месяцев в армейском медицинском центре им. Брука в Сан-Антонио, излечиваясь от своих физических, эмоциональных и психических ран. Находясь там, он обнаружил, что такой вещи, как стандартное решение проблем, просто не существует.

Он пришел к выводу, что «посттравматическое стрессовое расстройство – дело индивидуальное. Каждый справляется с ним по-своему. Знание ситуации порождает спокойствие. Помоги кому-нибудь открыть свой собственный путь к решению проблемы».

Такое убеждение помогает Флемингу ежедневно оказывать помощь другим раненым военнослужащим. Он обращается к ним через свой вебсайт и посредством публичных выступлений. По данным его вебсайта, он лично стал наставником более 1000 боевых ветеранов войн в Ираке и в Афганистане по вопросам бизнеса, супружества и семьи, того, как эффективно противостоять посттравматическому стрессовому расстройству, а также по вере и стойкости.

Стойкость была общей темой для всех девяти раненых военнослужащих-участников этой поездки. Независимо от тяжести их физических ранений, каждый из них постоянно повторял, насколько важно для них было продолжать общение и сохранять позитивный взгляд, помогавший им продвигаться вперед.

Кавалер ордена Почета сержант 1-го класса Лерой Петри (Leroy Petry) рассказал о своих физических, эмоциональных и психических ранах.

«Все видят протез моей руки, но мало кто знает, что у меня и нога прострелена, - сказал он. - И нога причиняет мне больше проблем, чем рука. Возвращение сюда мне действительно очень помогло. Даже вдвойне - это помогло мне лично, но кроме этого, я могу вынести отсюда все увиденное и испытанное и поделиться этим с другими».

Во время обсуждения с Сильвой вопросов психологического восстановления раненых военнослужащих он сказал, что общение с людьми и сохранение чувства собственного достоинства являются двумя важнейшими факторами для успешного продвижения к выздоровлению.

Он пояснил также, что самое трудное в этом процессе – это потеря чувства своей роли в жизни.

«У вас больше нет места за столом, - сказал Сильва. – С вами обращаются, как с больным, а не как с морским пехотинцем, солдатом или военнослужащим. Доктора звали меня "Мистер Сильва". Но однажды я посмотрел на одного из них и сказал: "Меня зовут сержант Сильва"».

Он предложил также два совета о том, как обращаться с ранеными бойцами.

«Поддержка их подразделения жизненно важна; они – твоя семья, - сказал он. - Не бойтесь общаться с ранеными бойцами. Так они учатся (справляться со своими ранами), и не обращайтесь с ними, как с больными».